Личный опыт: как я знакомилась с иностранцами во время чемпионата – Большая Деревня

Опубликовано: 04.09.2018

ЧМ в Самаре заканчивался на ¼ финала — играли Англия и Швеция. Тиндер заполнился британцами, и я была готова, что моя финальная встреча будет самой информативной: за три недели чемпионата я прокачала английский и была готова поразить своим произношением даже принца Гарри. О встрече с Николасом я договорилась по своему любимому принципу «самый смешной», но к моменту, когда мы увиделись, он был просто самым пьяным.

Выпендриваться своими знаниями мне не пришлось: англичане говорили еще непонятнее, чем австралийцы, обходились самой банальной лексикой и вообще не парились по поводу грамматики. Николас плевался от самарского пива, а потому единственным вариантом после закрытия «Ветерка» был Harat’s. Город Нику тоже не нравился — об этом говорила его фотка в инстаграме с подписью: «I wanna go home». Мы встречали тихий рассвет на веранде «ХЭ» вместе с моим другом Веней и его другом Дэном, когда Николас сказал: «Москва еще более-менее похожа на Лондон: там есть, куда сходить. Но как ты живешь в Самаре? Здесь же нет ничего, кроме реки». «И людей», — добавила я.

А люди, которые подсаживались к нам на веранде, действительно были великолепные: например, один мужчина знал по-английски только фамилии игроков сборной и названия футбольных клубов и очень радовался, когда Ник и Дэн его понимали. Еще один товарищ признался, что боится говорить по-английски, потому что он уважает язык, а уважает потому, что в юности отец отправил его на полтора месяца в Оксфорд, и если у ребят будут там проблемы, пусть знают, что городок держат два русских бандита, которые ночью ездят на кабриолете и врубают на всю «Руки вверх».

Да, в Самаре нет ничего, кроме реки и людей – но кажется, этого достаточно

К утру у нас разрядились телефоны, Ник и Дэн ныли, что хотят домой, и мне не оставалось ничего, кроме как ловить им тачку на проспекте Ленина. Хостел ребят находился в Кошелеве, и бомбилы ни в какую не хотели туда ехать. К нам подошел мужичок, спросил, в чем дело, дал мне свой телефон, чтобы я могла заказать такси, и сказал, что подождет его с нами — чтобы мы не разминулись с водителем. Пока мы ждали машину, он достал из черного пакета «Русь» запечатанную полторашку пива и предложил нам выпить ее, чтобы не скучали. Когда я честно призналась, что устала от жалоб английских товарищей, он сказал, что нужно отнестись к ним с пониманием: их же готовили к тому, что все в России будут плохие и злые, пускай теперь убедятся в том, что это не так. Да, в Самаре нет ничего, кроме реки и людей — но кажется, этого достаточно.

Я не рассматривала чемпионат мира как возможность познакомиться с иностранцами. Но мундиаль закончился, и я не помню результаты матчей с составами сборных и потихоньку начинаю забывать обиду от ревнивого хэйта озлобленных русских мужчин. Зато я помню кутежи у «Ветерка», рассветы на пляже и огромное количество таких классных и таких разных людей, которых никогда бы не узнала без праздника футбола. Я помню австралийского серфера Джоша, с которым мы так и не встретились, потому что его неделю спаивали в пивнухе на районе и он не мог уехать, помню бразильского мачо Рожерио с кольцом на пальце, который предлагал мне примчать в Бразилию, пока я помогала ему заказать убер до хостела, помню мексиканского клерка Эду, который задержался в Самаре на две недели просто потому, что ему здесь было хорошо. Надеюсь, мои новые друзья тоже не забудут меня, а кто-то еще и вспомнит, как правильно произносится мое имя: «Ноу „Найс ту мит ю“, ноу Найсья. Настья, ес, Настя!». «Чемпионат мира во всем мире» — World Cup 2018 я предпочитаю называть именно так.

rss